Корейский кризис 2017 года: первый признак «безумца»
Бывший торговый представитель США Роберт Лайтхайзер осенью 2017 года пожаловался тогдашнему президенту Дональду Трампу, что южнокорейские переговорщики не идут на уступки. Ответ Трампа был коротким и ясным: «Скажи, что безумец в Белом доме готов в любой момент разорвать сделку». Этот случай, переданный Axios, заложил основу переговорной стратегии Трампа.
Наследие «безумца» от Никсона
Теория «безумца» появилась в 1969 году при президенте Ричарде Никсоне во время войны во Вьетнаме. Когда переговоры с Северным Вьетнамом в Париже зашли в тупик, команда Никсона подбросила Советскому Союзу информацию, что неизвестно, что сделает президент в ярости, и он может прибегнуть к ядерному варианту. Более того, в октябре 1969 года бомбардировщики B-52 с ядерным оружием летали вблизи советского воздушного пространства, чтобы ввести в заблуждение радары. Эта стратегия, описанная в мемуарах главы администрации Никсона Боба Холдемана, была направлена на усмирение противника неопределенностью.
Отличие Трампа: в игру вступает «Искусство сделки»
Трамп же соединил тактику Никсона с инстинктами торговца недвижимостью из своей книги «Искусство сделки», опубликованной в 1987 году. В ней он пишет, что «играет на мечтах людей», что они «восхищаются великими, самыми великими и самыми впечатляющими», и считает «невинное преувеличение» законным маркетинговым инструментом. В переговорах же он подчеркивает, что худшее — это показать свою заинтересованность, и важность иметь козыри, без которых другая сторона не может обойтись.
Давление на НАТО и угрозы Мексике
Трамп применил этот подход в глобальном масштабе во время своего президентства. В первый срок он потребовал от союзников по НАТО увеличения расходов на оборону, угрожая выходом США из альянса. В 2019 году, угрожая Мексике жесткими тарифами из-за миграции, он за несколько дней вынудил ее направить к границе десятки тысяч военных. В обоих случаях, создавая хаос и неопределенность, он добился уступок.
Решение по Сулеймани: привлекательность самого крайнего варианта
Рефлекс «безумца» Трампа проявился наиболее ярко в решении убить иранского генерала Касема Сулеймани в январе 2020 года. Когда Пентагон представил варианты ответа на гибель американца в Ираке, самый крайний — нацеливание на Сулеймани — был включен в список по традиции, чтобы сделать остальные более приемлемыми. Однако Трамп, вопреки ожиданиям генералов, выбрал именно его. По информации New York Times, это было сделано, чтобы послать сигнал: «президент не связан красными линиями».
Контроль над государством через «Schedule F»
Столкнувшись с сопротивлением бюрократии в первый срок, Трамп во второй нацелился на полный контроль над федеральным правительством с помощью плана «Schedule F». Этот план, упрощающий увольнение тысяч высокопоставленных чиновников, делает его еще более непредсказуемым за столом переговоров.
От Атлантики до Тихого океана: новый враг — Китай
Для Трампа главный соперник — Китай. По его мнению, НАТО — это убыток, текущий к европейским «нахлебникам», а Китай — гигантская фабрика, лишающая американских рабочих мест. Вместо многосторонних альянсов против Китая он предпочитает прямую конфронтацию лоб в лоб. Полуночными твитами он восхваляет председателя КНР, а утром поднимает тарифные барьеры, разрушая цепочки поставок. Эта тактика «вооружения неопределенности» превращает среду для инвесторов в минное поле.
Иранский конфликт: послание обоим берегам
Военные действия Трампа в отношении Ирана также преследуют двойную цель. С одной стороны, напряженность в Ормузском проливе говорит Европе: «Либо платите по счетам НАТО, либо разбирайтесь сами». С другой — он напоминает Китаю и Индии, покупающим иранскую нефть, об их энергетической зависимости. Он действует как торговец, который разжигает пожар, чтобы затем продать огнетушители втридорога.