Конфликт между США, Израилем и Ираном оказывает широкое влияние на мировую экономику — от энергоснабжения до стоимости продовольствия и цепочек поставок. Кристофер Смарт, занимавший должность экономического советника в администрации Обамы в США и являющийся управляющим партнером Arbroath Group, отмечает, что для одних стран и отраслей эта ситуация означает новые возможности, а для других — серьезное экономическое давление.
Риск вокруг Ормузского пролива может изменить мировые поставки
По оценке Смарта, снижение вероятности долгосрочного соглашения между Вашингтоном и Тегераном может превратить ограничения на морские перевозки в Ормузском проливе из временного сбоя в постоянный фактор мировой экономики. Хотя вероятность достижения договоренности сохраняется, нарушение хрупкого равновесия в регионе может побудить страны не допустить новой зависимости от этого узкого водного пути в вопросах жизненно важных поставок.
Помимо гуманитарных потерь, конфликт имеет и экономические последствия, проявляющиеся в виде шока предложения. Пока покупатели ищут новых продавцов и альтернативные маршруты перевозок, одни рынки сокращаются, а коммерческая активность в других сферах ускоряется.
Экспортерам из стран Персидского залива и уязвимым экономикам приходится нелегко
Экспортеры из стран Персидского залива относятся к числу тех, кто испытывает наиболее сильное экономическое воздействие кризиса. Хотя Ормузский пролив не был полностью закрыт, через него в большинство дней проходят как минимум 12 торговых грузовых судов; предполагается, что число судов, следующих без устройств слежения, может быть выше.
Рост цен на нефть частично снижает давление на таких производителей, как Саудовская Аравия. В то же время, согласно прогнозам Международного валютного фонда, экономики Кувейта, Катара, Бахрейна, Ирака и Ирана в течение года, как ожидается, сократятся.
Египет, Пакистан, Иордания и Ливан также входят в число стран, испытывающих экономическое давление из-за близости к региону. Рост счетов за энергию и перебои с поставками удобрений из стран Персидского залива повышают стоимость продовольствия, а подорожание биотоплива отражается на ценах пищевых масел. Сокращение денежных переводов, которые работающие в странах Персидского залива отправляют на родину, также усиливает давление на эти экономики.
Крупные азиатские резервы защищают импортеров энергии
Япония, Южная Корея и Тайвань на первом этапе кризиса демонстрируют большую устойчивость благодаря буферу, который обеспечивают их крупные национальные резервы. Эти ресурсы ограничивают панику, вызванную поиском новых маршрутов поставок.
Однако постепенное сокращение резервов может привести к развороту нынешней стабильности. Нефтяные резервы Китая объемом от 1,2 до 1,4 млрд баррелей позволили Пекину значительно сократить импорт энергии и сдержали дальнейшее усиление паники из-за дефицита предложения на мировых рынках.
Альтернативные экспортеры энергии получают преимущество
Канада, США, Нигерия и Колумбия входят в число стран, которые выигрывают от растущего притока капитала в качестве альтернативных экспортеров нефти. Хотя потребители в этих странах сталкиваются с более высокими расходами на топливо и отопление, корпоративные налоговые поступления государств, как ожидается, могут вырасти.
Норвегия, один из важных поставщиков природного газа в Европу, также относится к странам, получающим выгоду от энергетического кризиса. Отмечается, что Россия могла бы получить еще больший экономический выигрыш от кризиса, если бы не сталкивалась с атаками украинских беспилотников на нефтеперерабатывающую инфраструктуру и экспорт нефтепродуктов.
Энергетический шок затрагивает цепочки поставок — от авиаперевозок до производства алюминия и полупроводников. Расходы авиакомпаний растут из-за стоимости авиационного топлива, а производители алюминия сталкиваются с трудностями при доступе к дешевому природному газу. Растут и цены на гелий, используемый для охлаждения кремниевых пластин.
Судоходные компании, которым удается не оказаться в зонах активных боевых действий, получают выгоду от роста фрахтовых ставок. Увеличение геополитических страховых премий повышает доходы страховых компаний, а подключение США для поддержки расходов на перестрахование делает морское страхование более прибыльным.
Ожидается, что поиск альтернативных маршрутов, по которым энергоносители из стран Персидского залива смогут безопасно доставляться в порты, создаст новые сферы деятельности для мировых производителей труб и компаний, занимающихся строительством трубопроводов. Предполагается, что рост стоимости ископаемого топлива также может ускорить инвестиции в возобновляемую энергетику и ядерную инфраструктуру.
Расходы США на оборону повышают ожидания
Удары США и Израиля по Ирану на первый взгляд могут означать для производителей оружия рост спроса на боеприпасы и увеличение нормы прибыли. Даже если запрошенный президентом США Дональдом Трампом бюджет в размере 1,5 трлн долларов на следующий год не будет утвержден полностью, ожидается рост расходов Пентагона.
Оборонные бюджеты также демонстрируют тенденцию к росту в европейских странах, Японии, Южной Корее, Австралии и большинстве ведущих союзников США. Однако сосредоточенность инвесторов на долгосрочной прибыльности в связи с новыми тендерами привела к волатильности акций крупных американских оборонных компаний за последние шесть месяцев.
Смарт отмечает, что оборонная промышленность получает выгоду от глобальной напряженности — от Донбасса до Южно-Китайского моря, однако события в Персидском заливе не обеспечивают ей прямой и однозначной выгоды.
Хотя США и Иран взаимно угрожают предпринять более жесткие шаги, считается, что стороны не намерены перерастать кризис в открытую войну. Неопределенность в отношении надежности прохода через Ормузский пролив вынуждает мировую экономику адаптироваться к новым маршрутам поставок и перевозок, и эта трансформация создает не только потери, но и неожиданные сферы для получения выгоды.