Сотрудники Министерства внутренней безопасности США (DHS), реализующие иммиграционную политику администрации Трампа, столкнулись с систематической кампанией запугивания. Расследование The Guardian, длившееся четыре месяца и основанное на беседах с более чем 30 нынешними и бывшими сотрудниками, показало, что чиновников, возражавших против практик, которые они считали незаконными, подвергали давлению угрозами увольнения, ареста и проверками на полиграфе.
По словам сотрудников, полиграф использовался не как стандартная процедура безопасности, а как инструмент устрашения. Проверки проводили лица, представлявшиеся военнослужащими ВВС США. Опрошенные рассказали, что в качестве основания назывались расплывчатые подозрения, связанные с доступом к секретной информации, но никому не предъявлялось конкретных обвинений.
Бывший сотрудник сказал: «Мне зачитали мои права. Такое делают только при уголовных расследованиях. Я чувствовал, что меня вот-вот арестуют». Отказ от формально добровольных проверок означал лишение допуска к секретности и увольнение. Тесты проводились в маленьких комнатах без окон, к участникам подключали датчики пульса, дыхания и артериального давления, процедура могла длиться до шести часов.
Принудительные переводы и удар по политике в отношении беженцев
Давление не ограничивалось полиграфом. Сотрудников принудительно переводили на должности, часто не соответствующие их опыту, в подразделения в разных регионах страны. Сложная структура министерства, объединяющего более 20 агентств, превратила переводы в эффективный инструмент давления.
Больше всего от этого давления пострадали подразделения, отвечающие за политику в отношении беженцев, убежища, гуманитарной защиты и воссоединения семей. При бывшем министре Кристи Ноэм было осуществлено более 675 тысяч депортаций, система содержания мигрантов расширена до рекордных масштабов. Программа расселения беженцев была почти полностью остановлена, возвращена практика разделения семей, а военно-морская база Гуантанамо стала использоваться как центр содержания мигрантов.
Харун Ахмед, проработавший 17 лет на федеральной службе и бывший руководитель отдела иммиграционного права, сказал: «Нас просили одобрить инициативы, которые мы считали аморальными, незаконными или противоречащими исторической практике. Наш опыт никого не волновал, требовалось лишь формальное одобрение». По его словам, возражавших отстраняли от должности, и в итоге он был вынужден принять программу увольнения с компенсацией, предложенную Департаментом эффективности правительства (Doge) под руководством Илона Маска.
Разрушительное воздействие на детей и семьи
Расследование показало, что самые тяжелые последствия политики коснулись детей и семей. Трехлетний сын Венди Эрнандес Рейес, гражданки США, депортированной в Гондурас, был убит своим дядей в отсутствие матери. Находясь под стражей, Рейес неоднократно просила разрешения уехать вместе с ребенком, но ей не выдали копию паспорта сына.
После случившегося для возвращения Рейес в США потребовалось четыре отдельных федеральных разрешения. Ее адвокат сказал: «Нам пришлось просить немного времени, чтобы похоронить ребенка». В конце концов Рейес разрешили въехать в США по гуманитарным основаниям на шесть месяцев, но с GPS-браслетом на лодыжке. Внутренний офис министерства по гражданским правам, который раньше занимался такими делами, стал недееспособным: более 100 сотрудников уволены, 600 расследований приостановлены.
Новый министр — без перемен
В марте 2026 года президент Трамп отправил Ноэм в отставку и назначил на ее место сенатора Маркуэйна Маллина. Хотя на утверждении в Сенате Маллин пообещал «не попадать в заголовки каждый день», по словам сотрудников, основные решения исходят из Белого дома, особенно от вице-президента Стивена Миллера. Один из сотрудников сказал: «Министерством управляет Миллер, у Маллина нет полномочий принимать решения». Доротея Лей из Иезуитской службы по делам беженцев прокомментировала: «Желание избежать критики в СМИ не означает намерения отказаться от жесткой политики».